Игры ночи [СИ] - Ольга горовая

Ольга Горовая

Игры ночи

Пролог

— Ты хочешь пошалить, милая? Давай поиграем.

Я выступаю из укрытия тени, из царства своей тьмы.

— Только ты далеко, мой малыш. Ты убежала. Но это не беда. — Мои губы растягиваются в усмешку. Я наблюдаю за страхом в блеклых глазах.

Клыки погружаются в шею, и я жадно глотаю суррогат. Словно дешевый заменитель из растворенного виноградного порошка, вместо бархатного, богатого вкуса дорогого вина.

Эта кровь — она не твоя. Однако, я готов потерпеть, моя милая. Это не утолит мой голод надолго, но всегда достаточно новых жертв.

Слишком быстро пустеет упаковка. И я отбрасываю ее прочь. Безвольную, тряпичную куклу, так неудачно для себя, оказавшуюся на моем пути. Она смешна и отвратительна. Она не подобна тебе, не правда ли? Ты прекрасна и этим манишь меня.

— Ты сама зовешь меня, милая. Так зачем же убегаешь?

Я не забочусь о том, чтобы скрыть следы. Для чего? Люди не верят в нас. Так упорно и наивно убеждая себя в вымышленных причинах и вероятностях.

Мне нет нужды придумывать легенду. Люди придумают ее за меня.

— Я иду, моя милая. Иду на твой зов. На манящий поворот твоего профиля. На переливистый смех. Я уже близко. Только ты не знаешь об этом, малыш.

Кто я такой?

Я твой страх,… только ты еще не узнала меня.

Я твой ужас, … но еще не приходил к тебе.

Ты не веришь в меня, как и все. А нельзя победить того, в кого не веришь, не так ли?

Ты обманываешь себя, уподобляясь им. Но… ты зовешь меня.

А значит — мы поиграем, малыш. Мы пошалим с тобою, так, как ты просишь этого.

Я еще далеко, милая. Но наша шалость уже началась.

Так зачем же ты прячешься от меня?

Но не бойся, я найду тебя. Четыреста лет такой долгий срок, я научился выслеживать. Это не успокаивает тебя? Так и не должно, милая.

В шалости нет покоя. В ней есть азарт, адреналин, бурление крови… твоей. Наслаждение… мое.

А пока, я довольствуюсь суррогатом.

Но не стоит слепо верить нелепым басням, малыш. Я уже рядом. В каком-то шаге.

Глава 1

Город встречал ее пасмурным небом раннего осеннего утра и мелко накрапывающим дождем. Это не способствовало повышению работоспособности. Не после такой ночи, по крайней мере. Хотя на что она жалуется, в конце-то концов? За десять лет можно было и привыкнуть. Ко всему. Даже к этому неприятному ощущению следящих за тобой глаз.

О нет, она не будет оборачиваться. Смысл? Девушка знала, что никто не смотрит на нее. Никому нет дела до еще одной пассажирки, сошедшей с поезда, в серой массе спешащих по своим делам людей. Никто и никогда не следил за Сириной, это все игра ее богатого воображения.

Сирина смахнула с длинных волос мелкие капли влаги и осмотрелась в поисках встречающих. Она напряглась от прохладного порыва ветра, который ласково пробежал по ее коже, разметая черные пряди локонов. Но не поморщилась. Стоило одеваться теплее, наверное. Но ей была приятно это прохладное касание свежего воздуха.

В купе было очень душно и даже то, что Сирина находилась в нем всю дорогу одна, не уменьшало дискомфорт от спертого, горячего воздуха. Наверное, потому ей и снились кошмары.

По брусчатке привокзальной площади, направляясь в сторону девушки, шла высокая женщина, одетая в темно-синий, строгий деловой костюм с очень светлыми, почти выбеленными волосами. Ее сопровождал крепко сложенного мужчины в форменной одежде.

Очевидно, это и была Саманта. А мужчина, скорее всего шофер, решила про себя девушка. Это было весьма кстати. Ее сумка, пусть и не была объемной, вмещала достаточно, чтобы заставить болеть руки. От помощи она не откажется.

— Сирина Уелш? — Женщина остановилась напротив, внимательно всматриваясь в черты девушки. Это вызвало раздражение Сирины. Как и то, что незнакомый человек назвал ее полным именем. Она не давала ей такого права. И то, что оно указано в ее личном деле, не значит, что эта женщина имеет право использовать его. Тем более что по телефону она четко и ясно представлялась.

— Рина Уелш. — Спокойно ответила девушка, не выказывая испытываемых чувств. Она настойчиво и твердо смотрела в голубые глаза встречающей, пусть ей и приходилось для этого запрокидывать голову. — Вы Саманта?

— Да, очень приятно с вами познакомится, Рина. — Блондинка учла поправку, что добавило ей плюс в глазах Сирины. — Это Роберт, наш шофер. Разрешите, он поможет.

Кивнув, Рина отступила на шаг, позволяя улыбающемуся мужчине забрать свой багаж.

— Пойдемте, Рина. Поговорим по дороге. — Саманта приглашающе махнула рукой, и девушка, с легким кивком, последовала за ней.

— Вы получили остальной багаж? — Рядом с Самантой Сирина ощущала себя такой маленькой и хрупкой, что это могло бы доставить дискомфорт. Но девушка давно не обращала внимания на подобные вещи. Ей было о чем заботиться сейчас. Например, о начале нового исследования, ради которого Рина и прибыла сюда.

— Да, все ваши вещи пришли накануне вечером, без всяких проблем. — Саманта шла медленно, стараясь не попасть тонкими шпильками каблуков в промежутки камней брусчатки, но тщательно пыталась создать иллюзию уверенной неспешности.

Это рассмешило Сирину, которая ничуть не заботилась о таких проблемах, легко ступая в своих туфлях на плоской подошве. Улыбка приподняла уголки ее полных губ, но девушка завуалировала усмешку другой причиной.

— Это хорошо. В тех ящиках большая часть моего оборудования. И очень важные записи. Было бы весьма прискорбно, если бы с ними что-то произошло.

Саманта кивнула, поворачиваясь к ней.

— Мы очень признательны вам, Рина. За то, что вы согласились приехать. Мы понимаем, как нелегко выделить время в вашем напряженном графике. Наш университет ценит вашу помощь и готовность, с которой вы оказываете ее.

Сирина лишь улыбнулась, принимая благодарность. Это было не так уж трудно, как могло показаться сидящим на месте кафедралам. Рина давно забыла о таком понятии, как оседлый образ жизни. Ее привлекала такая жизнь, когда каждый новый день она могла встретить в новом городе, стране, а порою, и на другом континенте. Это доставляло ей удовольствие. Оттого она и ответила согласием на это приглашение. Ее утомил Краков. Там она провела последние пять недель. Прага была неплохой альтернативой.

Она села в распахнутую дверь черного седана, которую услужливо открыл перед ней Роберт. И задумчиво посмотрела в окно, испытывая странное чувство разочарования. Осмотрела быстро пустеющую площадь.

Что-то было не так в этот раз. Чего-то не хватало.